1978 год. Чемпионат мира по хоккею в Праге.
Незадолго до конца, когда чехословацкие хоккеисты предпринимают последний яростный штурм, и судьба золотых висела на волоске, у нас почти не осталось игроков. С тяжелой травмой покинул каток Мальцев. Шайба едва не выбила глаз Лутченко, и он тоже выбыл из строя. Сердечный приступ свалил здесь же, на скамейке Васильева…Доктор метался от одного к другому. Билялетдинов получил 2-х минутный штраф. Кому же играть? А соперники давят…
Я никогда не смотрю на табло во время матча, не считаю оставшегося времени. А тут, каюсь, не выдержал, поднял олову – оставалось 15 секунд. 15 секунд и мы чемпионы! Только 15. Это были самые длинные секунды в моей жизни. Я читал про себя: «…3,2,1». А когда прозвучала сирена, я на мгновение «выключился» - клюшку разнес о лед вдребезги. Я что-то кричал и мне что-то кричали, а на скамейке не стыдясь, плакал Тихонов!
Мы выстояли. Мы чемпионы!
Мне казалось, что лед пылает под ногами.
Мы ехали на автобусе по вечерней притихшей Праге, и во весь голос распевал «Катюшу». Еще никогда такого не было, чтобы мы хором пели песни. Мы ощущали какой-то особенный, душевный подъем, особую слитность и силу… Для нас не существовало преград. Если бы надо было выйти на лед, мы бы вышли и победили бы любую сильную команду…
…Вот и все. Мы можем смело смотреть в глаза болельщикам. Позади волнующая церемония награждения и праздничный ужин, во время которого каждый хоккеист сделал по глотку шампанского из серебряных Кубков, врученных команде за победу в первенстве Мира и Европы. Все. Ты можешь спать спокойно Вратарь. Но разве мыслимо уснуть в такую ночь?!
Владислав Третьяк «Когда льду жарко» download rookie the free

• A Man Apart psp

Flipper hd

divx blue thunderevilenko divx online

В своей книге «Встречи на футбольной орбите» Андрей Старостин не пожалел красок для описания первого знакомства с Константином Бесковым: «В московских футбольных кругах пробежал слушок, что у предстоящего противника будет играть молодой многообещающий нападающий. Называлась и фамилия. Но запомнилась лишь ее краткость да непохожесть на другие. Одним словом, никакого значения я этому слуху не придал. Но уже в ходе игры пришлось вспомнить разговоры о необычайно способном молодом игроке, можно сказать, подростке. Он так неожиданно исчезал из поля зрения и возникал где-то за спиной с мячом в ногах, что я, как центральный защитник, почувствовал необходимость уделять ему повышенное внимание. А он продолжал завоевывать симпатии многочисленных зрителей деловитостью и разнообразием своих действий на поле.
— Экий бесенок выискался! — говорил я себе, гоняясь изо всех своих 33-летних сил за 18-летним парнишкой, постоянно менявшим направление атаки, переходившим с неторопливого бега на стремительный рывок и ни одной секунды не стоявшим на месте. В этот раз футболисты с завода «Серп и Молот» победили спартаковцев. И решающий гол забил дебютант неотразимым ударом, продемонстрировав при этом не только завидную футбольную сметку, но и великолепную техническую подготовку.
Вечером по традиции в семейном кругу происходил разбор прошедшего матча с участием четырех братьев и двух сестер. Обе, между прочим, мастера спорта по хоккею с мячом и волейболу, как в игре, так и в спорах были недюжинного темперамента.
В упомянутый вечер в квартире на Спиридоновке шум стоял, как в былые времена на встречах егерей после всероссийских испытаний по натаске собак. В футбольных разговорах сколько спорящих, столько и мнений. И в споре о причинах поражения единодушное согласие было достигнуто только по одному пункту: подросток из «Металлурга» Костя Бесков — с большим будущим!»
Еще в предвоенные годы, а тем более в послевоенные, взамен мощных пробивных центрфорвардов вроде Семенова, Синякова и Капелькина, отвечавших требованиям системы «пять в   линию» и классического «дубль-ве», все больше были востребованы более гибкие, изобретательные и верткие игроки, такие, как Федотов, Пайчадзе, Лайко, Бесков. И Бескову в конце концов очень пригодились эксперименты Аркадьева, а потом и Якушина, перебрасывавших его с места на место в интересах команды и в поисках оптимального варианта для молодого нападающего. Прежде чем утвердиться в любимой ипостаси центрфорварда (и навсегда остаться им в нашем сознании), Бесков прошел свои университеты на всех пяти позициях тогдашнего квинтета нападающих. И достаточно уверенно чувствовал себя на любой из них, имея возможность выбирать из природных и благоприобретенных навыков те, что были необходимы в каждый данный момент. Вместе со специалистами зрители могли убедиться в объемности потенциала этого нападающего, способного легко управляться с мячом, пользоваться переключателем скоростей, находить наилучшее продолжение или завершение атаки, короче говоря, имевшего все для того, чтобы воплощать близкую ему суть футбола, кем-то метко названного «шахматы ног».download after school special dvdrip

Drive divx

• final destination free ace ventura pet detective divx movie online

little mermaid the movie

Flipper the movie

watch my big fat independent movie in divx

Михаил Якушин в бытность наставником «Динамо» отмечал в одном из столпов своей команды тренерские задатки и уже тогда догадывался, что Бесков станет незаурядным специалистом. Якушин подметил в нем необычную для большинства игроков любознательность, аналитический склад и самостоятельность мышления, глубину проникновения в предыгровую и игровую ситуацию, стремление понять истоки выбора тех или иных тренировочных упражнений и тактических замыслов. Бывший партнер, ставший учеником, донимал старшего товарища, ставшего учителем, непростыми, а то и неудобными вопросами и не боялся спорить с ним. Нельзя сказать, что внутреннее раздражение в таких случаях всякий раз миновало Якушина, но в конечном счете перекрывалось глубоким уважением. Когда же Бесков конкретной работой оправдал якушинский прогноз своего будущего, мэтр посчитал его достойным престолонаследником прежнего поколения тренеров. Старейшина тренерского цеха позволил себе такую высокую степень признания, оценив прежде всего отважную (потому как не сулившую быстрых спортивных результатов) режиссуру зрелищного, комбинационного футбола. Умную, техничную, активную игру Бесков стремился поставить любой команде, которую принимал. Ставил, конечно же, по-разному, в зависимости от ее особенностей и потенциала, за усиление которого он, впрочем, тут же принимался. Победа любой ценой, у которой появлялось все больше сторонников в футбольных кругах, тренерской среде, его не устраивала. «Я не люблю открытого цинизма», — вполне мог повторить вслед за Высоцким и Бесков. Так он был воспитан, таким же остался и в тренерские времена, пришедшиеся на эпоху разрастания деляческого практицизма и спортивной

бесчестности. Футбол, по Бескову, был создан для того, чтобы доставлять удовольствие зрителям, самим игрокам и ему, тренеру, — при всей муторности тренерских проблем и хлопот.
Такое удовольствие, даже блаженство, он привык испытывать от футбола сызмальства. Испытывал настолько, что не ограничивался нескончаемыми баталиями со сверстниками. Подолгу занимался в одиночестве на заброшенном пустыре с глухой, без окон каменной стеной, неподалеку от своего жилья у Заставы Ильича. Упражнения 9 — 10-летнего мальчугана напоминали тренировку, принятую в теннисе, с повторяющимися ударами по отскакивающему от стены мячу. Ему было безумно интересно принимать отлетающий бумерангом мяч стопой, грудью, бедром и снова направлять его в стену то одной ногой, то другой, с разных расстояний, на разной высоте, с земли и с лета, прямыми ударами или подрезкой. Ничего удивительного, что, играя как-то в команде семиклассников, он, по сути, в одиночку обыграл девятиклассников своей же школы, забив 9 мячей из 10. Ничего удивительного, что здоровенные взрослые дядьки зазывали щуплого 13-летнего паренька сыграть с ними за компанию. Ничего удивительного, что, устроившись на знаменитый «Серп и Молот», он вынужден был прибавить себе целых два года, чтобы попасть в мужскую команду, выступавшую в первенстве Москвы. Ничего удивительного, что уже на следующий год Константин Бесков был зачислен в команду мастеров «Металлург» под крыло замечательного тренера: перед Борисом Аркадьевым предстал редкий тип «двуногого» футболиста, хорошо ориентирующегося на поле, ловкого и быстрого в приеме мяча и обводке, готового к пасу и удару с любой стороны поля. Дебютируя в чемпионате СССР против чемпиона страны, он забил «Спартаку» единственный в матче гол. В следующем сезоне в игре с тем же «Спартаком» Бесков сделал «хет-трик».

watch independence day in divx

Damien: Omen II rip

fog the divx online

Тестаччо — это искусственный холм, в дне которого стоит треугольник, расположенный на левом берегу речки Тибр, на юго-востоке Рима. Высота его приблизительно 35 м, периметр1490 м, а площадь всей сфера есть около 2200 кв. м. Беседа идет о маленьком городе, однако в некоторое время это был явно наибольший из 7 холмов Рима: Августо, Ченчи, Читорио, Джордано, Савелли, Секко.

Его настоящее имя происходит от латинского слова «testa», что обозначает посуда из глины. В самом положении, Тестаччо происходит от собранной свалки разбитых амфор, главным образом используемых для сохранения мира. Отсюда его славное имя — Горы Глиняной Миски. Все то, что накопилось за 3 столетия(I и III вв. н.э.) относится к античности, тем не менее не все еще было тем памятником, который фактически помнили бы, и это в самом деле так — Гора Тестаччо не запоминается на веки столетий.

Есть множество легенд о основании города, тем не менее красивейшая и изысканная гласит, что для древних римлян Тестаччо был свалкой, куда выбрасывались амфоры, которые привозились в Рим вместе с другими товарами как дань со всех провинций Римской Державы, однако эта национальная традиция соблюдалась частично; естественно, в Тестаччо размещались амфоры, которые несли как дань Риму, однако это были только та посуда, которую доставляли из провинции Бетика и они содержали только один результат — оливковое масло, тем не менее все равно эта драка была настоящим символом гордости и останки древнего Рима.

Наверное, именно по этой причине Гора сохранилась на столетия: гора, которая по одним известным подтверждениям была редким символом римского народа, который даже мог выпить к тюремному мнению того, кто воровал глиняную миску с Тестаччо.

Тестаччо существовал всегда любимейшим местом встречи римского населения; в средневековье они устраивали там длинные карнавалы и, из-за своего единства с Голгофой, осуществляли обряды в память Иисусу Христу, помня о кресте, который даже теперь есть на его вершине.

Начиная с XVI столетия, внутри его склонов сооружали погреба, где вино сохраняло особый стиль. Один случай существа этих погребов как бы указывал на веселый характер Горы и его ближайших окрестностей, который сохранился до конца прошлого столетия, пока не началась урбанизация территории. Возвышенность была утилизирована как материальный карьер, чтобы укрепить грунт близ лежащих топких дорог. Копая внутри ее, рабочие разрушили прекрасные погреба с постоянной и необходимой температурой. Действительно умерла гора, однако сказка перестанет быть вечно…

Поле Тестаччо

Ранним утром в понедельник 27 ноября 2000 года в присутствии Синдако, президента Сенси, а также многих миров, прославивших команду «джалоросси», состоялось современное образование стадиона «Тестаччо». Про тех, кто родился в 70-е, данный стадион мог появиться чем-то фантастическим, тем слаще для того, кто смог поговорить об этом с человеком, проживавший в эту остановку, эпоху Тестаччо, и каковой мог, как наяву, описывать подвиги Бернардини, Феррариса, Мазетти, Карпи, Амадеи Амадео…

Стадион, который теперь располагается на улице Цабалья, в данный момент используется группой «Тестаччо Кальчо», однако Сенси пообещал, что на нем заиграет хотя бы как одна из юношеских команд «Ромы», чтобы молодежь могла услышать «дух предков». Структура стадиона немного отличается от того «Тестаччо», который мы так все знаем и любим: возникли поля для баскетбола и, в ближайшем времени, будет гимнастический зал. Цель римской комиссии — привести в ход всю территорию стадиона, какой-нибудь уже давно располагается в состоянии кризиса.

Стадион находился возведен летом 1928 инженером Сильвио Сенси, отцом действующего президента; он его спроектировал по подобию стадиона «Эвертона» с четырьмя деревянным трибунами, покрашенными в желто-красный цвет. Место для игры было найдено следовательно, чтобы можно было мгновенно увеличить стадион или сократить. Тем не менее ценность вещей обошлась «Роме» по тем временам очень дорого, несмотря на всю практичность и упрощенность конструкции, клубу даже пришлось принять ссуду. Поле Тестаччо стоит 1.383.816 млн. лир, часть деньги была уплачена за 8 лет по 153.094 млн. лир в год, а весь долг был залит лишь в 1939. Лишние расходы римляне понесли в 1938 году по причине обвала навеса крыши «Тестаччо». Однако, несмотря на это, тифози Ромы, после длительных скитаний по полям «Рондинеллы» и «Мотовелодромо Аппио», наконец-то нашли свой настоящий дом.

3 ноября 1929, по случаю встречи с «Брешией», состоялось важное открытие стадиона «Тестаччо». Римляне в тот день ходили с двойным настроением, потому правильно победили «ласточек» со счетом 2-1. С сего дня «Тестаччо» становится частью подвигов желто-красной команды, которая представляет характер, силу духа и самоотверженность. Желто-красные заработали прозвища «Рома Тестаччо» или «Magica Roma», т.е. «Волшебная», и уже тогда стали очевидны конечные цели команды, какие еще преследуются сегодня: «Роме» в любом матче нужна только победа, независимо от счета и положения в таблице, соперника и настроения, нам всегда полезно поразить врага наголову, стереть в порошок, чтобы потом пойти праздновать победы перед своими преданными фанатами.

Многие миры топтали пыльную почву этого стадиона, которая находилась без единой былинки. От Бернандини, которого звали легендой всех времен, до Феррариса IV, первого мира беспорядочной и веселой жизни; от Раффаэле Костанино, «кастига Дзамора» до Артуро Кини, первого иностранца Ромы; даже Рудольфе «Шабболоне» Волк, главный артиллерист желто-красных эпохи Амадео Амадеи, центральный игрок скудетто 1942 года, дебютировал в Серии А в 16 лет именно на данном стадионе. Мы не можем, естественно, не вспоминать о Гвидо Мазетти — «первого вратаря», о красочных спектаклях фанатов на «Тестаччо» и о защитнике Мондзельо, уважаемого человека в Риме.

Романисты всегда заполняли эти выкрашенные в желто-красный цвет трибуны, чтобы разглядеть своих любимчиков, стуча ногами и крича во всю глотку. Когда стоит такой шум, гул на стадионе, команда заводится, противники пугаются услышав вопли, которые и сегодня доносят до присутствующих смысл предложений «Forza Roma» и привязанность к желто-красному цвету. Среди бесчисленных подвигов красивейшие остаются в памяти: 5-0 над Ювентусом в сезоне 30-31 годов, дважды над Лацио в наступающем году, и многие иные победы, которые снабжали римских современников.

В 1938, по причине несчастья навеса, «Рома» перебирается на несколько месяцев на стадион Национальной Нацистской Партии (в нынешнее время «Стадио Фламинио»). Стадион подвергается ремонту, во время какого-нибудь «Тестаччо» признается ненадежным и власти приняли решение его разбирать, чтобы освободить место паркам.

30 июня 1940 года, Рома выступает против «Ливорно» и это новая игра желто-красных на «Тестаччо», в которой римляне как в том знаменитом матче больше десяти лет назад одерживают победу со счетом 2-1. «Тестаччо» закрывают со 161 игрой, 104 победами, 31 ничьей и 26 поражениями, 377 Забитых голов, 111 быстрых. 21 октября 1940 скреперы разрушают стадион, на глазах нового командира Андреа Гадалди. Останки увозят на Гору Глиняной Миски, и новый преподаватель Шаферо, который станет Лидером Италии 2 года спустя, пытается раскрыть всем, какую-нибудь ценность данный стадион представлял для тифози и игроков.
Сколько воды утекло с тех дней под мостами Тибра… футбол уже не тот же наиболее и многие вещи изменились. За исключением привязанности между романистами и Ромой…

• harry potter and the order of the phoenix dvdrip download

Drowning Mona dvd

Two Tickets to Paradise film

Когда накануне мексиканского чемпионата мира 1970 года его вратарская слава была в зените, появилось новое, расширенное издание книги Н.П. Старостина «Звезды большого футбола», в которой 29-летнему Анзору было отведено более двух книжных страниц. Сначала, как водится, шло упоминание о его дебюте в тбилисском «Динамо», где тренеры не спешили включать этого парня даже в дубль своей команды: тогда в ее воротах царствовал Владимир Маргания, через несколько лет погибший в автомобильной катастрофе. 17-летнему Анзору предстояло совершенствоваться и ждать своего часа. Он этого не пожелал, зная, как трудно оказаться пророком в своем отечестве.
«И вот осенью 1958 года, — пишет Н.П. Старостин, — на подмосковной базе «Спартака» внезапно появляется очаровательный грузин, с акцентом объясняющийся на русском языке. Он хочет — всего-навсего — места в воротах лидера чемпионата и владельца Кубка страны. Руководители «Спартака» советуют ему возвратиться домой, намекают, что и в других столичных командах он по молодости лет вряд ли найдет пристанище. Юноша отрицательно качает головой. «Звать будут — не вернусь. Я еще докажу…»
И далее Н.П. Старостин рассказывает о том, как Кавазашвили принялся доказывать свою правоту. Сам Лев Яшин вынужден был все чаще уступать ему место в воротах сборной. И еще цитата: «Сколько, казалось, неотразимых голов отвел от ворот «Торпедо» этот чудесный грузин, уже почти утративший свой южный акцент! Тбилисские футбольные наставники теперь рады бы вернуть своего воспитанника. Но игрок номер один нашей сборной верен своему слову: «Звать будут — не поеду…»
В минувшую пятницу, идя на встречу с Кавазашвили, я захватил с собой «Звезды большого футбола», и, прежде чем начать разговор, мы с юбиляром перечитали эти старостинские строки о нем. Он улыбался, и я видел перед собой не 60-летнего человека, а все того же, почти не поседевшего густоволосого красавца в распахнутой по жаре рубашке с короткими рукавами, которого видел на поле и за его пределами тридцать лет назад… [...]

Аттилио Феррарис IV (последний из 4-х братьев) родился 23 июня 1904. Как подобает настоящему римлянину и романисту, свое детство провел на улицах Рима. В футбол начал ходить на поле института «Пио Х», что в районе Кастель Сан Анджело, в команде «Фортитудо» вместе с братом Порфилио.

Несмотря на свои отрицательные привычки (пил, курил, предпочитал женщин тренировкам), Феррарис всегда был хозяином на поле. Для него не существовало компромиссов: либо лучшее на поле, либо ничего. Напористый, активный, цепкий Феррарис всегда умел повторять своих товарищей на игру и именно поэтому он был первым капитаном «Ромы». Порой даже фразой вида: «займитесь собой, сукины дети», он возводил огонь в глазах римского легиона и снова начинал четкий атакующий механизм атаки. Чтобы сдерживать его характер, президент Сачердоти подарил ему бар на улице Кола Ди Риензо, однако Аттилио почти никогда туда не наведывался.

Обделив его в росте, природа наделила Феррариса мощным телосложением римского гладиатора и характером вожака волков. Его фигуру можно определить как «опорный полузащитник, тем не менее, владея неимоверной быстротой и хорошим пинком, он часто оказывался в центре атакующих действий. В любом случае, он всегда находился на поле. Он один из тех, кто тогда ходил в аду поля „Тестаччо“, открывая свою натуру. Перед игрой он всегда собирал своих друзей вместе и начинал клятву:
„Того, кто не воздает сторицей себя игре, ждет печальное будущее, кто уходит из борьбы тот наиболее настоящий сукин сын“, — в этом весь Феррарис, непоколебимый и беспощадный, выдвигающий невозможные требования как к себе, так и к своим игрокам.

Как бы это ни казалось странным, Аттилио провел свой дебют на профессиональном уровне за национальную сборную. В мае 1926, тренер Рангоно, отбирающий спортсменов взял его в национальную сборную, он дебютировал в турнире против Швейцарии. Очевидцы и делегаты ФИФА, какие были на том матче, утверждали, что именно Феррарис был самой яркой личностью на поле. В голубой рубашке также произошла замечательная встреча Италия-Англия в 1934 году. „Скуадра Адзурра“ одержала победу со счетом 3-2, а Феррарис провел восхитительную встречу и удостоился прозвища „лев Хайбери“.

Год спустя, после собрания римских команд „Про Романы“, „Фортитудо“ и „Альбы“ родилась „Рома“, в которой Фераррис становится командиром. Никто даже и не оспаривал его право.

Аттилио Феррарис сыграл за Рому 210 игр, забив 2 гола. Командир первой Ромы, дебютировал с перевязанной рукой 25 сентября в выдающейся игре: „Рома“ — „Ливорно“ 2-1. К концу карьеры Феррарис был послан в «Бари», а оттуда в «Лацио», где сыграл 2 сезона. Тифози кричали на него «продажный», однако он всегда был самым преданным «Роме», которая его отдала. 19 ноября 1934 года его первое дерби за противников, в начале игры он крепко сжал руку капитану красно-желтых, своему родному другу Фулвио Бернандини и …отвернулся со слезами на глазах.

После 2-х сезонов у «небесно-голубых» Феррарис дал два следующих сезона в «Бари», чтобы потом прийти в «Рому». В чемпионате 1938/39 он оденет желто-красную футболку, сыграет 12 игр, а потом совсем оставит профессиональный футбол.

8 мая 1947 года, во время разборки ветеранов клуба, Феррарис умирает на поле из-за инфаркта. Легенда говорит, что перед игрой Феррарис со своей обычной иронией воскликнул: «Не дайте исчезнуть мне!». Так, только лишь в 43 года, погас первый командир и большой игрок в истории желто-красных. На похоронах на гробе Феррариса была рубашка игрока национальной сборной Бернандини, потому что футболку Аттилио не была найдена, и положили вместо нее футболку его близкого товарища, который находился ему как брат.watch making waves in divx

deathline free

police academy 5 assignment miami beach divx download

Drowning Mona on dvd

• free frankenstein movie download

download rapid fire movie

С результатами таких рейтингов можно соглашаться или нет, но избранность Бескова-футболиста неоспорима. И именно в Бескове она неразрывно, органично увязывается со второй стороной футбольной натуры этого человека — тренерской, педагогической.
В своей книге «Моя жизнь в футболе» Константин Бесков, рассуждая о природе тренерского успеха, замечает, что «если тренер сам не был большим мастером, он не достигнет больших высот с командой». Мне кажется, что в этом утверждении Константин Иванович больше опирается на собственный опыт, правильно отбрасывая ложную скромность. Он все-
гда знал себе цену, а точность высокой самооценки выстрадал десятилетиями прочного владения той и другой профессией. Они действительно разные, профессии футболиста и тренера. И, по излюбленной аналогии самого Бескова, сродни профессиям актера и режиссера. Но сходство не абсолютное. Режиссерская специальность более самостоятельная, чем тренерская. Многие режиссеры — выходцы вовсе не из актеров, они обучались именно этому ремеслу. Футбольные же тренеры, не игравшие в турнирах приличного уровня или вообще не игравшие, скорее исключение. Хрестоматийный пример — бразилец Феола, создавший, как теперь принято говорить, «дрим тим» 1958 года, который оставил, кстати, неизгладимый след в памяти самого Бескова, побывавшего тогда на чемпионате мира в качестве специалиста-наблюдателя. И совсем свежии случаи — тренер «Пармы» Малезани, еще десять лет назад не имевший отношения к футболу. Знаменитых тренеров-самоучек, не прошедших горнило футбола, у нас и не припомнишь. Однако супертренеры совсем не обязательно выходят из суперигроков — тот же Аркадьев, тот же Мас-лов. Лобановского и Роман-цева многие из нас помнят хорошими футболистами, но как тренеры они забрались на вершины покруче. В то же время не каждый выдающийся футболист становится крупным тренером — возьмите Федотова, Пайчадзе, Нетто, Сальникова. Из этого ряда выбивается Симонян, со «Спартаком» и «Араратом»добившийся редких успехов. Но тренерскую профессию он, говоря словами поэта, «недотерпел, недолюбил», перейдя на административную и руководящую работу, да и как-то не удержал в нашем сознании отпечаток своего творческого наследия. Словом, остался в памяти прежде всего замечательным игроком, а потом уж успешным тренером. И только Якушин с Бесковым, на мой взгляд, сохраняют в отечественном футболе право на равновеликость как футболисты и тренеры. И, что особенно важно, как футболисты-мыслители и тренеры-мыслители.

blue steel divx download 007 moonraker dvdrip

Taken In Broad Daylight aka Snatched psp

В феврале 1930 года в Риме должен был состояться товарищеский матч Италия — Швейцария. С особым нетерпением ждали его неаполитанцы, ибо на острие атаки «скуадры ад-зурры» они ожидали увидеть мощный дуэт из «Наполи». Это был центрфорвард Аттила Саллустро, «ориундо» из Парагвая, и левый инсайд Марчелло Михалич, уроженец югославского города Риеки. Караваны неаполитанских болельщиков двинулись в столицу, чтобы лицезреть игру своих кумиров в составе сборной. Ведь двумя месяцами раньше они внесли решающий вклад в громкую победу итальянцев над португальцами — 6:1. [...]

Решение Европейского Суда по делу Босмана полностью изменило лицо европейского футбола. Причем последствия дела Босмана нельзя сводить только к отмене прежней системы трансферов и ограничений на количество иностранцев в командах. Еще большей головной болью для УЕФА и ФИФА является то, что теперь и многие другие правила, по которым живет футбол, стали уязвимы для оспаривания в судебном порядке. А в условиях нестабильности руководящим футбольным органам просто невозможно составлять какие-то планы на будущее. Сегодня хочу познакомить вас со статьей на эту тему, которая была опубликована в номере официального бюллетеня УЕФА. [...]

ВСЕМУ БЫВАЕТ КОНЕЦ…

Именно тогда, на этом чемпионате, отношения Марио с чиновниками обострились окончательно. Он слишком много видел и слишком много знал. А дела, которые вершились вокруг сборной и чемпионата, далеко не ограничивались решением чисто футбольных проблем. Была суета вокруг спонсорских контрактов с «Пумой» и «Адидасом». Как утверждает Марио, значительные суммы прилипали к рукам тогдашних руководителей сборной и их покровителей в СБД. Среди тех, кто был замечен в подозрительном и весьма выгодном посредничестве при заключении этих контрактов, Марио называл Адмилдо Широла, капитана Коутиньо и некоторых других лиц, имена которых мы называть не будем, ибо они и сейчас продолжают работать в бразильском футболе.
Осведомленность Марио вызывала недовольство многих чиновников. Адмилдо Широл предлагал не брать его на чемпионат мира 1974 года, но сделать это было невозможно: столь велик был его опыт, столь неоспоримы его авторитет и всеобщая любовь и доверие игроков.
После проигранного в Германии чемпионата интриги продолжались, и 20 октября 1976 года Марио распрощался со сборной командой, да и вообще с работой футбольного массажиста, опубликовав нечто вроде заявления, объяснявшего причины ухода. Он говорил о том, что устал от несправедливостей и коварства футбольных картол, от интриг и наговоров. Он сообщил, что отвечавший за физподготовку сборной Адмилдо Широл давно уже добивался его отставки, мотивируя это тем, что Марио, якобы, плохо видит, не различает цвета, что у него — слабое здоровье и он вообще «уже не тот».
«Раздавались голоса в СБД о том, что меня собираются чествовать, — писал Марио.— Но я — старая обезьяна. Все понимаю, чувствую запах предстоящей отставки и потому ухожу сам. Раньше, чем меня станут чествовать, я говорю «ЧАО»! Почтовый голубь будет теперь летать в других небесах».
И он ушел, провожаемый вздохами сожаления футболистов, привыкших к его заботливым сильным рукам, к его советам, к его участию, к его готовности в любую минуту разделить с любым парнем радость и горе. Он ушел, вызвав недоумение и огорчение торсиды, привыкшей видеть этого старичка-колобка, толстенького, симпатичного, удивительно напоминающего Луиса Армстронга, стремительно семенящего со своим чемоданчиком через футбольное поле. Он ушел, видя и чувствуя нескрываемую радость тех, о ком он мог сказать много разоблачительных и неприятных вещей, о которых он слишком много знал, но не имел достаточно сил и, может быть, мужества, чтобы сказать во весь голос правду, только правду, ничего, кроме правды.
Он ушел из футбола, но продолжал заниматься любимым делом, открыв в Сан-Пауло Институт массажа на улице Professora Romilde Nogueira de Sa, 104. Для всех желающих и страждущих либо испытать на себе чудодейственную силу его рук (он ведь, кстати сказать, и в расцвете своей футбольной биографии неоднократно приглашался «подлечить» многих знаменитых людей страны, актеров, губернаторов, политиков, банкиров, предпринимателей и даже самого великого бразильского президента XX столетия Жетупио Варгаса), либо взять профессиональные уроки его волшебного искусства.
Ну, и ветер, как говорится, ему в паруса. А все же, видать, не остыла в нем с возрастом страсть к публичной жизни, к восторгам людей. Ну, и спустя некоторое время решил он попробовать свои силы в политике. И начал со скромного, так сказать, «низа» и вроде бы не ошибся: выдвинул свою кандидатуру и был избран депутатом муниципального собрания штата Сан-Пауло. За него проголосовали 53 тысячи избирателей.
Справедливости ради следует, впрочем, сказать, что на этом поприще особого успеха он не имел. Сработало, видимо, старое житейское правило: каждый должен заниматься своим делом.
Скончался Марио десять лет назад — в апреле 1990 года. За три месяца до смерти Жоана Салданьи. Одного из тех футбольных титанов, которого он уважал, даже любил и с которым с особым удовольствием работал. Хотя и очень недолго. «Так уж устроена жизнь,— сказал он мне однажды, — в ней огорчений всегда почему-то получается гораздо больше, чем радостей».divx sweet home alabama